Макроэкономика, финансовые рынки, денежно-кредитная политика и структурные реформы.
Банк России 11 сентября 2026 года сохранил ключевую ставку на уровне 14% годовых. Регулятор увидел новый всплеск ценового давления: летом его усилили рост стоимости топлива, овощей и временное сокращение производственных мощностей в отдельных отраслях.
Садимся, наливаем чай. Все слышали недавние новости: США снова подошли к потолку госдолга, аналитики кричат о конце экономики, а рынки нервно дёргаются. Давайте выдохнем и посмотрим на цифры без истерики.
Экономика не падает в пропасть, но её отрасли всё заметнее живут с разной скоростью. Потребление ещё растёт, а инвестиции, стройка, сырьевые отрасли и часть промышленности уже тормозят — и именно здесь формируются риски для банков, бюджета и кошелька граждан.
Решение Совета директоров ЦБ важно не только как техническая настройка monetary policy. Это концентрированное выражение конфликта между инфляцией, бюджетными интересами государства, потребностями бизнеса и покупательной способностью населения.
На фоне замедления экономического роста регулятор продолжает делать ставку на исключительно монетарные методы, игнорируя структурные дисбалансы.
Мы слышали эти слова в новостях последние полтора года: «ЦБ поднял ключевую ставку». И сразу понятно: что-то плохое. Но что именно? Разберём, что такое ключевая ставка Центробанка, почему она важна и как бьёт по вашему кошельку — даже если вы не берёте кредиты.
Каждый месяц Банк России «следит» за реальными деньгами: сколько рублей пришло на счета компаний в каждой отрасли, и публикует «Мониторинг отраслевых финансовых потоков».
Представьте поток из тысяч новостей — сообщения компаний, регуляторов, данные о производстве, комментарии экспертов — проходящий сквозь сито и превращающийся в одно число. Это и есть новостной индекс деловой активности.
Как использовать для личного финансового планирования выходящий Новостной индекс деловой активности, который важнее официальных отчётов. Каковы методика расчёта и ожидания перед публикацией 13 января 2026-го, и почему завтрашняя цифра важна для кошелька каждого россиянина, даже если он не бизнесмен.
Или как «рентген» экономики помогает принимать решения, пока конкуренты смотрят телевизор.
На календаре 5 января 2026 года. Страна ещё отдыхает, улицы пустые, а маркетплейсы и службы доставки работают в усиленном режиме. Но экономическая машина уже запущена: с 1 января вступили в силу новые законы, изменились налоги и цены. Здесь собраны пять главных финансовых новостей начала года, которые могут повлиять на ваш кошелёк, когда праздники закончатся.
Пока мы доедали оливье, загадывали желания под бой курантов и отдыхали от работы, мировая и российская экономика не стояли на месте. Конец декабря 2025 года и первые дни января 2026-го принесли несколько важных новостей, которые прямо повлияют на наши кошельки в новом году. Здесь собрано всё самое важное, что нужно знать, возвращаясь с праздников.
Банковский мир в конце 2025 года жил по новым, более строгим правилам. Государства и центробанки по всему миру пытались защитить экономику от кризисов, хакерских атак и климатических катастроф.
Год закончился с замедлившейся инфляцией и близким к плану бюджетным дефицитом, но официальные окончательные цифры по ВВП, доходам населения и итоговому исполнению бюджета появятся только в течение января-февраля — сейчас доступны лишь предварительные оценки.
Последняя торговая неделя 2025 года прошла под знаком геополитической нервозности, снижения ключевой ставки Банка России и рекордного для последних лет замедления инфляции — но участники рынка встретили итоги года без особого энтузиазма.
Декабрьский опрос «инФОМ» по заказу Банка России зафиксировал второй месяц подряд рост инфляционных ожиданий населения — до 13,7% — на фоне уже начавшегося цикла снижения ключевой ставки, что ставит под вопрос скорость возвращения инфляции к цели.
Декабрьские отчёты Банка России показали одновременное охлаждение делового оптимизма и первое за долгое время замедление роста кредита экономике — регулятор объясняет это разовыми факторами, но цифры намекают на более глубокую перестройку модели роста.